Main Menu

В колесе сельскохозяйственных проблем

Размышления о незавидной участи отечественных фермеров

На дворе ноябрь и… снег. Нетипично для здешнего климата. Однако капризы погоды не мешают констатировать: очередной сельскохозяйственный год практически завершен. Еще подводятся его экономические итоги, но некоторые проблемы, тенденции и прогнозы уже высветились…

РАЙОНИРОВАНИЕМ — ПО НИЗКОРЕНТАБЕЛЬНОМУ ФЕРМЕРСТВУ

Сразу заметим, в экономике страны сельскохозяйственная отрасль всегда была наиболее значимой, формирующей ВВП Кыргызстана. Причем только у нас среди всех среднеазиатских республик продукция животноводства превосходила по стоимости растениеводческую. Во многом это объясняется особенностями горного рельефа, позволяющими только 53% территорий считать сельскохозяйственными угодьями. Отсюда и ограниченное количество пахотных земель, составляющее 6,8% от общей площади страны и 12,9 % от всех ее сельхозугодий. К слову, этот показатель самый низкий среди стран СНГ. Тем не менее в первые годы суверенитета именно растениеводство оказалось более выгодной отраслью. Во всяком случае, оно заметно доминировало в 90-х, а именно — в 1992, 1995, 1996 и 1999-м годах.

Необходимо учитывать, что 25% всех обрабатываемых земель сосредоточено в Чуйской области. А вот Нарынская славится преобладанием пастбищ, кроме того, именно здесь сконцентрированы участки, на которых возможен зимний выпас животных. Свои особенности — в Иссык-Кульской и Таласской областях. И с этой точки зрения разработка проекта по специализации регионов на выращивании определенных видов сельхозкультур, только этому региону свойственных, предложенная кабмином в сентябре сего года, вполне оправдана. И, кстати сказать, не нова: во все обозримые времена, например, хлопок выращивали только в южных областях страны, а на севере собирали внушительные урожаи сахарной свеклы, картофеля.

Однако глава Минсельхоза Турдуназир Бекбоев презентовал этот проект как некое ноу-хау, пообещав, что если его удастся удачно реализовать на практике, то в следующем сельхозгоду посевные площади увеличатся до 1 197,2 тысячи га, что на 4,8 тысячи больше, чем нынче. По этому поводу глава недавнего кабинета министров Сооронбай Жээнбеков заметил, что районирование сельхозкультур позволит максимально расширить аграрный потенциал каждого региона страны. И с этой сентенцией не поспоришь. Что касается еще одного прогноза высокого чиновника о гарантированном повышении качества продукции, а значит, и росте спроса на внутренних и внешних рынках, то здесь есть сомнения.

Если отказаться от интегрирования существующей системы земледелия в данный проект, а начинать, как мы привыкли, опять с нуля, то в ближайшее время ожидать результата наивно. Более того, думается еще одной «реформы» наше сельское хозяйство просто не переживет.

В этом смысле, с одной стороны, несколько успокаивает, что данный проект пока еще только разрабатывается и в этом процессе чиновниками будут учтены мнения фермеров — какую и где продукцию растениеводства оптимальнее всего выращивать, чтобы иметь максимально большой и постоянный результат. С другой — настораживает, что по итогам совещания, на котором данная идея озвучивалась, Минсельхозу уже поручено «усилить контроль над планированием посевов и провести разъяснительную работу по теме районирования». Хочется надеяться, что чиновники все-таки понимают — кавалерийский наскок в этом случае чреват серьезнейшими последствиями, а современные фермеры, едва вставшие на ноги после первой «реформы», могут и вовсе разочароваться в своем деле и… кто тогда будет работать на земле и приносить на наш стол ее плоды?

ПРИОРИТЕТЫ УЖЕ ВЫЯВЛЕНЫ

Вообще, идея районирования, апробирование которой планируется начать с сельского хозяйства, весьма симпатична и, как кажется, единственно верная для такой небольшой и весьма специфической страны, как наша. И если бы с начала суверенитета первые руководители были так же прозорливы и придерживались этой формы ведения хозяйства, Кыргызстан вполне мог безболезненно пережить сложные этапы становления в новейшей истории, не утратив ничего из наследия СССР и даже нарастив его. Увы, наш путь к здравому смыслу долог и тернист. И все же хочется верить, что концепция районирования реализуется и во всех прочих отраслях экономики. Уже давно витает в воздухе, но пока робко озвучивается, например, мысль о выделении сферы туризма в приоритетную отрасль экономики, на успешное развитие которой работали бы все прочие. Пусть пока только в масштабах Иссык-Кульской области. Тем более что она и в прошлом не слишком-то выделялась в сельскохозяйственном смысле, считаясь исключительно промышленным и бальнеологическим регионом советской Киргизии. С промышленностью практически покончили, остались пока еще «неисчерпаемые» возможности Иссык-Куля, требующие, однако, большого внимания и вложений. В противном случае, природа на нас озлится.

Что касается юга, то и там все более-менее ясно: хлопок, бахчевые, виноград. Это то, что очевидно. Нарын, как уже говорилось, имеет огромные возможности для животноводства. В Таласской области приоритеты выявились буквально в последние годы, особенно в процессе подготовки и вхождения в ЕАЭС. Это — выращивание фасоли. Данная культура занимает в области 36% посевных площадей, и ощущение такое, что с нею связан бизнес поголовно всех таласцев.

Официально же экспортом фасоли в 20 стран мира (в виде сырья) занимаются 60 компаний. Этому успеху несколько лет назад сопутствовали сложности (засуха) в других «фасолевых странах». Что интересно, ранее эта культура была не в чести — таласские земледельцы в основном выращивали картофель, капусту, морковь, другие овощи. В связи с ростом спроса фермеры практически полностью переключились на фасоль. Однако отсутствие планирования и маркетинга не могло не привести к ошибкам, и настал момент, когда насыщенный рынок не воспринял таласскую фасоль, ее продавали буквально по бросовым ценам. Наступила другая крайность — многие фермеры отказались от ее выращивания. Однако те, кто остался верен данной культуре, в этом году получили бонус — цены на фасоль выросли практически вдвое и составляют нынче 54-58 сомов. Для сравнения, в прошлом году цена редко доходила до 30 сомов.

Оказалось, что на выросшие стоимость и спрос оказала влияние низкая урожайность данной культуры в Аргентине и Египте. На начало ноября экспортировано уже более 5,5 тысячи тонн. Кстати, в области сейчас возводят два завода по упаковке фасоли, что, по прогнозам, обязательно скажется на ее цене в сторону повышения.

Более того, недавно предприниматели из Бразилии, участвовавшие в бишкекском экономическом форуме, выразили намерение импортировать из нашей страны таласскую фасоль: «Как оказалось, бразильцы — большие любители этого продукта, и, надеюсь, он им приглянется как по цене, так и по качеству», — поделился со СМИ президент Ассоциации рынков, предприятий и сферы услуг Кыргызстана Сергей Пономарев.

ИССЫК-КУЛЬСКИЕ ФЕРМЕРЫ В ПЕЧАЛИ

Мой одноклассник Валерий Ахунбаев почти двадцать лет имеет фермерское хозяйство в одном из сел Ак-Сууйского района Иссык-Кульской области. Занимался почти всем — выращивал картофель, овощи, разводил крупный и мелкий скот, птицу на мясо, занимался медом. Его судьба — это отражение состояния фермерства если не во всей стране, то в Иссык-Кульской области точно. И это тяжелая незавидная судьба. Прежде всего потому, что фермеры изначально предоставлены сами себе и находятся в хронически проблемном состоянии. Во-первых, они в ярме непомерных кредитов, во-вторых, в тисках низких цен на реализуемую продукцию, в-третьих, в полной зависимости от капризов погоды. Вот этим летом, 21 августа, в области прошел невероятный град, местами перешедший в снег. Особенно пострадали села Конур-Олен, Кол-Тор Тогуз-Булакского айыльного аймака, Жер-Уй, Кок-Сай Кок-Сайского.

Специальная комиссия оценила ущерб в несколько миллионов. Но это так, к сведению, к капризам природы тут давно привыкли. А вот к коварству своего брата-предпринимателя привыкнуть не могут. Сельхозпродукцию, выращенную в невероятно трудных погодных условиях нынешнего лета, заготовители скупают по невероятно низким ценам.

Картошка, например, и прочие корнеплоды оптом идут не выше 3-4 сомов. Причем замечено — не для дальних перевозок их приобретают заготовители, оборот делают внутри страны, в результате иссык-кульская картошка продается, скажем, в столице уже по 10 сомов за кг. Капусту у сельчан непосредственно на полях скупают по 2 сома, а уже на базаре в Караколе продают не ниже 8 сомов. И так во всем.

Но еще хуже дело обстоит с мясным животноводством, бичом которого уже несколько лет является контрабандный вывоз мяса в Казахстан. А в этом году цены сбиты настолько, что торговать крупнорогатым скотом, так сказать, живьем, крайне невыгодно. Годовалые бычки массово скупаются за 14-15 тысяч. В этом, кстати, я лично смогла убедиться, посетив на днях так называемый скотный рынок города Каракола. Прежде всего бросается в глаза почти необозримый ряд большегрузов, готовых везти животных на любые расстояния. Как утверждают знакомые фермеры, все они уже через сутки могут быть в пределах столицы Казахстана, а то и на границе с Российской Федерацией. Живой товар разделывается на территории РК и либо реализуется у соседей, либо вывозится на экспорт в Россию. При этом местные фермеры не могут свести концы с концами, продавая скот практически за бесценок и не покрывая расходов на его выращивание. О процветающей контрабанде известно уже давно, как и о путях преступного провоза мяса через границу.

Но ситуация остается неизменной.

Такое положение дел, естественно, влияет и на рост цен на внутренних рынках той же Иссык-Кульской области, страны в целом. Сегодня, скажем, в Караколе, невозможно купить говядину дешевле 270 сомов, а всего пару-тройку лет назад цены колебались в пределах 150-180 сомов.

Вопросы вроде «Куда смотрят правоохранительные органы?» звучат как риторические. Вполне логично предположить: если существует контрабанда — значит, это кому-нибудь нужно. Из сильных мира сего. В противном случае ее бы уже давно ликвидировали.

Между тем отечественные фермеры, разочарованные безуспешным «мясным бизнесом», отказываются от разведения животных и берутся за новые бизнес-проекты.

МЕД — УСПЕШНАЯ СТАТЬЯ ДОХОДА?

Так считалось всегда в той же Иссык-Кульской области, мед которой справедливо относится к самому высококачественному продукту в мире. И если говорить о районировании, то, по мнению знатоков, мед следует «добывать» именно в здешних горах и долинах. Кстати, так называемый каркаринский мед, получаемый в долине реки Каркара, известен всему миру. С этим местом отечественные орнитологи связывают любопытную историю: считается, что именно сюда, в одно из самых экологически чистых мест планеты, в начале лета прилетают южноафриканские журавли, которых местные кыргызы испокон называют «каркара». Птицы пребывают здесь совсем недолго, до начала осени, а потом отправляются в свой неблизкий путь к дому.

«Здесь произрастает огромное количество различных, в том числе и лекарственных, трав. Пчелам — приволье. Излюбленными медоносами считаются солодка, горная лаванда, душица, мальва. Особо привлекательна для пчел цветущая верблюжья колючка, из которой получается знаменитый мед джантак», — вдохновенно рассказывает мой одноклассник Валерий. И эти восторженные речи могут литься часами. Разочаровавшись в выращивании скота, он переквалифицировался в пчеловода. У него уже давно имеется 20 уликов, в этом году он рассадил еще 20 семей, рассчитывая, что уже через пару лет получит весьма солидную пасеку. Правда, пока речь только о надеждах, так как оптовики и мед скупают по мизерным ценам, в этом году — не дороже 140 сомов за кг. В розницу сами пасечники продуктом торгуют по 200-250 сомов в зависимости от того, где стояла пасека — в поле на разнотравье либо в горной местности. На рынках стоимость может колебаться от 250 до 300 сомов. Самостоятельный выход на рынки ЕАЭС моему другу-фермеру пока не по силам, как и многим другим его коллегам. Вот и находятся они в полной зависимости от перекупщиков…

ЕСЛИ ЗЕРНОВЫЕ НЕРЕНТАБЕЛЬНЫ, ТО…

В этом году правительство вынуждено было признать, что выращивание зерновых культур в нашей стране нерентабельно. Как утверждается, это связано с тем, что в рамках ЕАЭС налог на добавленную стоимость упразднен, что существенно повлияло на ценовую политику. К тому же не секрет, что сегодня наша пшеница не может соперничать с казахстанской, имеющей большее содержание клейковины. И при полном уничтожении селекционной науки, способной повлиять на данный фактор, ждать улучшения качества не приходится. Выход один — отказаться от этой культуры и полностью перейти на импортную пшеницу. Что ж, рынок диктует свои условия, и такое решение вполне логично. Отказавшись от нерентабельных видов сельхозпродукции, можно сосредоточиться на выращивании экономически выгодных культур — сахарной свеклы, хлопка, табака, тем более что все они успешно выращивались в прошлом.

Помню, какие урожаи сахарной свеклы случались в Тюпском районе Иссык-Кульской области, неплохие были и в Чуйской долине. Кстати, уже в этом году в стране собрано 70 тысяч тонн данной культуры, о чем сообщено недавно на рабочем совещании первого вице-премьера, прошедшем на заводе по переработке сахарной свеклы «Каинды-Кант», что в Панфиловском районе Чуйской области.

К слову, мощность переработки здесь 2,7-3 тысячи тонн. На сегодня корнеплод собран с 1 241 га. Предстоит убрать урожай еще с 11 тысяч га.

ПРИЧИНА — БЮРОКРАТИЯ И БЕЗРАЗЛИЧИЕ

Итак, мы прожили год в составе ЕАЭС, а сельскохозяйственная отрасль успешней не стала, фермеры как испытывали проблемы с производством и реализацией своей продукции, так и испытывают.

По мнению политолога Игоря Шестакова, причиной этого является отсутствие внимания к их проблемам со стороны местных представителей государственной власти: «Наши чиновники, решив все на бумажном уровне, по сути, перестали уделять внимание тому, чтобы поддержать наших производителей, их конкурентоспособную продукцию и решить вопросы поставок ее на рынок ЕАЭС. У нас получается так: фермер сам должен найти средство на посадку урожая, провести необходимые сельхозработы, а потом заниматься маркетингом, менеджментом и продажей продукции. Фермер выступает один во всех лицах, естественно, такого быть не должно», — уверен эксперт.

Да, когда фермер един в семи лицах, успех едва ли достижим. Если бы задачу реализации продукции взяло на себя государство, можно было бы рассчитывать на успех. Но, судя по всему, чиновники не желают обременять себя такими проблемами. Они даже не в состоянии завершить необходимую для нормального функционирования в ЕАЭС работу по созданию фитоветлабораторий, которые помогут отечественному сельхозпроизводителю выйти на рынки евразийского экономического содружества.

Как выход из ситуации предлагается вернуться к коллективной форме ведения сельского хозяйства, от которой двадцать лет назад открещивались как от чумы. К слову, советские колхозы вполне успешно справлялись с задачами производства сельхозпродукции, ну а реализацией ее занимались другие государственные структуры, в частности потребительская кооперация. Этот механизм с точки зрения функционирования был безупречен. Чтобы создать и отладить его вновь, потребуются годы. И фермеры это понимают, ведь они только-только научились быть собственниками на своей земле. На это ушло почти два десятилетия. И сейчас возвращаться назад к колхозам даже с осознанием, что этот вариант куда более успешен, сложно и боязно. А главное — опять требуется время. Люди, особенно связанные с тяжелой работой на земле, не способны (и не должны!) вечно качаться маятниками на амплитуде «свое-чужое». Это, как минимум, негуманно. Я уже не говорю об экономической нецелесообразности. Поэтому ни в коем случае нельзя относиться к идее коллективизации, как «к формальной неизбежности».

Впрочем, это не исключает разработки комплексной программы развития кооперативных хозяйств и создания модельных колхозов в каждом районе республики, как это решено правительством страны.

КРЕДИТЫ И МЕЦЕНАТЫ

Недавно Минфин страны сообщил, что по проекту «Финансирование сельского хозяйства — 4» сельхозники страны получили 3 миллиарда сомов льготных кредитов. Знакомые фермеры очень позитивно относятся к этой акции, считая ее существенной поддержкой в решении задач личных подворий и хозяйств. Благодаря ей многие из них сумели хоть как-то окрепнуть. Очень надеются, что программа льготного кредитования продолжится и станет своеобразной подушкой безопасности в дальнейшем развитии сельского хозяйства.

Да, фермеры ждут помощи — от кредитодателей, государства, меценатов… Вот только дождаться не могут. Кстати, недавно депутат ЖК Дастанбек Джумабеков из партии «Кыргызстан» при обсуждении поправок в Закон «О развитии сельского хозяйства» предложил парламентариям сократить бюджет Жогорку Кенеша, а сэкономленные средства направить на поддержку фермеров. А его коллега Жанар Акаев напомнил, что в Араванском районе капусту продавали по сому за килограмм, причем фермеры сами готовы были грузить ее в машины. «Что это за отношение к крестьянскому труду? Сейчас упали цены на картошку, пшеницу, фермеры не знают, что делать. Им не до изменений Конституции, они думают о том, как бы прокормить семьи. А мы занимаемся черт знает чем. Не можем найти 30 миллионов сомов на фитоветлаборатории, но ведь изыскали 100 миллионов на Всемирные игры кочевников! Если бы правительство реально захотело, нашло бы деньги и на аграрный сектор», — уверен нардеп.

Что тут добавишь? Разве что слова из известной оптимистичной песни: «Кто хочет — тот добьется, кто ищет — тот всегда найдет!» К сожалению, пока все складно только на бумаге и на словах. А земледельцы ждут настоящих дел, реальной помощи и крутятся в одиночку в колесе сельскохозяйственных проблем.

Татьяна ПОПОВА.






Добавить комментарий