Main Menu

Апас Джумагулов

Ранее я уже поведал о дружбе с коллегой по «легендарному парламенту» Насирдином Исановым, так безвременно и трагически ушедшим от нас на самом пике жизни.

Особо хочу выделить Апаса Джумагуловича Джумагулова, человека одной группы крови с Султаном Ибраимовичем Ибраимовым.

По случайному совпадению мы с ним оказались «выдвиженцами» 1986 года. Разница лишь в том, что я был назначен заведующим Нарынским облздравотделом, а Джумагулов — председателем Совета Министров республики.

К этому времени за плечами 52-летнего главы правительства был весьма солидный и впечатляющий послужной список. Выпускник Московского института нефтехимической и газовой промышленности, он за неполные пять лет прошёл путь от лаборанта комплексной геологической экспедиции до главного инженера нефтепромыслового управления «Киргизнефть». В этой должности он проработал 10 лет, окончив заочно аспирантуру в своём институте и защитив кандидатскую диссертацию.

В 1973 году его назначили заведующим промышленно-транспортным отделом ЦК КП Киргизии, а спустя 5 лет утвердили секретарём ЦК по промышленности. Одним из наиболее сильных качеств Джумагулова являлась редкостная работоспособность и стремление во всём докопаться до сути. Не любил и не умел он руководить из кабинета. Должен был сам всё увидеть своими глазами, вникнуть, понять, разобраться.

Возглавив отдел ЦК, вчерашний нефтяник очень быстро вник в проблемы промышленности и транспорта республики. А став секретарём ЦК, срочно освоил положение дел в капитальном строительстве. Причём настолько освоил дело и язык строителей, что обмануть его, навешать ему, как говорили в ту пору, лапшу на уши не удавалось никому.

В связке с первым секретарём ЦК Турдакуном Усубалиевичем Усубалиевым они создали удивительно слаженный тандем. И если в этот период жители столицы называли между собой Усубалиева не иначе, как главным прорабом, то Джумагулов слыл главным строителем.

И если сегодня Бишкек среди столиц региона уступает по внешнему виду лишь Ташкенту и Астане, то благодаря, главным образом, этому тандему. Это их усилиями центр города стал беломраморным, украсился зданиями, отвечающими статусу столицы. В этот период в столице развернулось масштабное строительство.

Я сильно погрешу против истины, если скажу, что все горожане с одобрением отнеслись к этой инициативе. Как это обычно бывает, мнения разделились. И как ни странно, чаще в адрес руководителей республики высказывалась критика. Наиболее распространёнными были упрёки в том, что в городе элементарно жилья не хватает, а тут миллионы расходуются на возведение помпезных административных зданий. Другие сетовали на то, что уютный и зелёный некогда центр вдруг превратили в асфальтовую сковородку. Третьи высказывали претензии к архитектурному решению застройки центра. И лишь немногие поддерживали устремления глав республики и правительства, отмечая, что город становится похожим на столицу и его не стыдно показывать гостям.

В 1985 году Джумагулова избрали первым секретарём Иссык-Кульского обкома партии. И хотя в этой должности он проработал чуть больше года, поскольку вскоре был назначен председателем Совета министров республики, за короткое время стал в Киргизии одним из ведущих знатоков сельского хозяйства. Привычным местом работы для него стали животноводческие фермы, полевые станы, сельскохозяйственные плантации. И в трудовой отпуск он стал выбираться один раз в 2-3 года, причём в исключительно зимний период, когда затихала уборочная страда на полях.

Где бы ни работал Апас Джумагулович, каким бы делом ни занимался, везде и всегда в полной мере проявлялись его лучшие деловые и человеческие качества, организаторские способности — колоссальная работоспособность, умение видеть перспективу, высочайшая ответственность за порученное дело.

В середине 1980-х годов известный кыргызский социолог профессор Кусеин Исаев стал регулярно проводить среди известных руководителей, учёных и общественных деятелей, работников СМИ опросы с целью выявления рейтинга руководящей элиты республики.

А. Джумагулов неизменно занимал место в лидирующей тройке. Причём ему отдавали предпочтение люди не только старшего и среднего поколения, но и молодёжь. И это при том, что он никогда не стремился на первый план на политической арене, предпочитая кропотливо, внешне неброско, но каждодневно и системно работать, удерживая экономику от окончательного развала.

Об этом красноречиво свидетельствует такой эпизод. Когда СССР ещё окончательно не распался и было все ещё сильно влияние Кремля на союзные республики, повсеместно началась едва ли не насильственная реорганизация колхозов и совхозов. Требовалось в срочном порядке разукрупнить, расчленить, развалить устоявшиеся коллективные хозяйства и о результатах доложить «наверх».

И вот на одном из высоких совещаний Джумагулов бодро рапортовал, что в Киргизии с колхозами покончено. Конечно, было это чистейшей воды блефом. Многие колхозы в тот период и ещё значительное время после того продолжали благополучно существовать. Просто, чтобы не портить общую картину и придать видимость исполнения спущенного сверху распоряжения, на них сменили вывески. Назвали объединёнными крестьянскими хозяйствами, акционерными обществами или как-то иначе, сохранив их сущность.

Надо заметить, что в те времена в большой политике нельзя было обойтись без таких «маленьких хитростей». Что же касается главного, принципиального, то тут Джумагулов был неизменно последователен и честен.

Коренные изменения общественно-политической и хозяйственно-экономической жизни и распад Союза он встретил на посту главы Совмина. Однако в связи с избранием в республике президента и формированием нового правительства подал прошение об отставке.

С образованием в 1991 году Чуйской области был избран председателем областного совета, а позже назначен главой администрации этой области.

В одном из первых интервью в должности акима на вопрос, не обидно ли с высот секретаря ЦК и главы Кабинета министров опуститься до руководителя одной из шести областей республики, пусть даже и самой крупной, Джумагулов ответил:

«Я никогда не стремился сделать карьеру, не занимался политиканством. Всегда старался честно и добросовестно выполнять ту работу, которую мне поручали. У меня, как и у каждого, есть свой ресурс, а руководящую должность не следует рассматривать как самоцель. Скажу больше: человеку лучше уйти со своего поста на день раньше, чем пересидеть. Но пока есть силы, умение, знания и опыт — надо работать. Что же касается назначения главой Чуйской области, чувствую, это моё настоящее дело».

Говоря это, Апас Джумагулович не лукавил. Ведь руководить областью было для него делом не новым. И, действительно, очень скоро в республике всем стало ясно, что у Чуйской области появился настоящий «хозяин».

Один мудрец как-то заметил, что ему жалко человека, который в юности не был романтиком. Но если с возрастом этот человек не стал в определённой мере консерватором, то он просто глупец.

Как человек старой закалки, прошедший по всем ступеням служебной лестницы, и как опытный хозяйственник, Джумагулов в некоторой степени был всегда открыт для новых экономических и хозяйственных идей, для реформ, но на практике в нём всё же преобладал консерватор. Он с известной долей недоверия относился к людям, готовым, очертя голову, бездумно поддержать всякую «реформаторскую» идею. Вот и став акимом, он пригласил в советники по сельскому хозяйству не молодого динамичного реформатора, а бывшего секретаря Ошского обкома партии по аграрным вопросам многоопытного Виктора Кондакова.

Позже глава обладминистрации признавался, что нередко спорит со своим советником, не всё Кондаков поддерживает в проводимых реформах, но при этом он живёт интересами дела, а это главное.

Главой области Джумагулов проработал чуть больше года. Однако и за столь короткое время он заслужил признание коллег тем, что стал инициатором рабочей встречи глав всех столичных областей стран Содружества для установления торгово-экономических и культурных взаимосвязей.

И несмотря на значительную разность «весовых категорий» между Московской и Чуйской областями, это не помешало им установить тесные деловые и дружеские связи, ежегодно обмениваться весьма представительными в качественном и количественном отношении делегациями.

На исходе 1993 года в Кыргызстане разразился правительственный кризис. Парламентарии были решительно настроены отправить правительство Турсунбека Чынгышева в отставку, и это им удалось. На освободившийся пост депутаты предложили 5 кандидатур. В их числе были такие политические тяжеловесы, как последний по времени первый секретарь ЦК КП Киргизии Жумгалбек Аманбаев, экс-вице-президент Феликс Кулов, Апас Джумагулов.

К удивлению многочисленных наблюдателей, список, лёгший на стол президенту, возглавил Аманбаев, вторым с очень незначительным отрывом шёл Джумагулов. Из всех претендентов А. Акаев остановил выбор на Джумагулове. Парламентарии предложение главы государства одобрили и поддержали. Так произошло его возвращение на пост главы правительства. Только на сей раз в ранге премьер-министра.

А осенью 1994 года разразился уже парламентский кризис. Члены ЖК в полном составе сложили с себя депутатские полномочия. Пришлось и правительству во главе с Джумагуловым последовать их примеру. Однако 31 марта 1995 года новый Жогорку Кенеш по предложению А. Акаева вновь избрал А. Джумагулова премьер-министром.

Где и кем бы он ни работал, к нему тянулись журналисты. По той причине, что он всегда был открыт для диалога. Газетчикам импонировали его демократичность, деловитость, скромность, благородство. Однако с эпохой гласности и плюрализма, когда появилось немало оппозиционных и «независимых» газет, одна из них написала: «Официальная пропаганда утверждает, что премьер-министр честен до мозга костей и единственное, чем озабочен, — работой до последней капли пота. Однако то, что происходит в реальности, свидетельствует о другом. Близкие к главе правительства люди сегодня контролируют самые прибыльные отрасли: бензиновую, винно-водочную и др. Даже сам президент вряд ли сможет объяснить, почему зависящее от премьер-министра РИА «Эридан» вместо заявленных фискальными органами укрытых от налогов более 30 млн. сомов заплатило лишь несколько десятков тысяч.

Есть ещё не менее интересный вопрос: кто создал и кому принадлежат большинство акций в другой монополизировавшей не менее доходную отрасль фирме «Кыргызалко»?»

Это позже, в разгул демократии в Кыргызстане, объявленном на весь мир страной прав человека, премьер-министр за малейшую ошибку, связанную с его деятельностью, тут же обращался с исками в суды, требуя возмещения за якобы нанесённый ему моральный ущерб миллионные суммы.

Джумагулов никогда не опускался до этого. После газетной публикации, несмотря на огромную занятость, он выкроил время, приехал в редакцию обвинившей его газеты. На следующий день были опубликованы слова премьера:

«Я не имею никакого отношения к бензиновому бизнесу. Сенсации здесь нет и не будет. О «Тайсе» (одна из крупнейших компаний республики по поставкам ГСМ. — Н. К.) узнал из печати. Никогда в этой компании не работали мои родственники или знакомые. Не имею там никаких акций, не помогал фирме ни одним сомом, не оказывал никаких протекционистских услуг. Так что никакого интереса не было и не может быть.

Что касается спиртовых дел, связи с «Бакаем», то к нему у меня такое же отношение, как к любому другому производству. С руководителем этой фирмы я ни разу не выпил даже стакана чая. Сын Сергей работает заместителем президента фирмы «Эридан». Не РИА, как вы написали. Она параллельная, самостоятельная. Сыну я не помог ни одним сомом за счёт государства.

Из личной недвижимости у меня только квартира в Бишкеке и дача. Больше ничего. Если кто-либо найдёт что-то другое, может забрать себе. У моей жены тоже нет никаких магазинов, ничего».

Столь же легко и убедительно отмёл он надуманные обвинения по поводу ГАК «Кыргызалко».

Сильным качеством Джумагулова, как руководителя, было то, что он умел признавать свои ошибки, отменять собственное ошибочно принятое решение.

Будучи от природы человеком очень неконфликтным, толерантным, не любящим обострять с кем бы то ни было отношения, он в то же время умел жёстко и сурово спросить с руководителей за порученное дело. Примеры этого мне не раз доводилось видеть в поездках с премьер-министром по республике.

Учитывая, как загружены члены правительства работой, он тем не менее практически никогда не совершал поездку по республике в гордом одиночестве. Планируя заранее подобную поездку, он знал, кто из министров будет в случае чего необходим. А потому все возникающие по ходу встреч вопросы решались на месте. И однажды, во время одной из таких поездок он на моих глазах освободил от занимаемых постов сразу трёх заместителей министров. Случай беспрецедентный.

Но в тот момент шаг этот был вполне оправдан и справедлив. В подобных обстоятельствах в силу должно вступать правило жёсткое, но неизбежное: нужно избавляться от плохого работника, а не ждать, пока он окончательно завалит дело, и не работать за него.

В июне 1998 года Джумагулов был назначен послом Кыргызстана в ФРГ и по совместительству в Ватикане, Дании, Швеции и Норвегии. По прошествии нескольких лет он в одном из интервью отмечал: «У мира тысячи граней, много поучительного, в том числе в ведении хозяйства. Работая послом, я многое узнал. Единственное, о чём жалею, — это то, что мы эти страны, где мне довелось работать, ранее практически не знали, а если и знали, то поверхностно. Сколько у них уже наработанного, того, что мы искали и не находили, шарахаясь из стороны в сторону. Например, подъём села за счёт собственных ресурсов, за счёт развития сервиса для сельчан.

Советское время меня сформировало. Я пропустил его через себя, жил им, это было моим, моим и останется. Я был убеждённым коммунистом, свято верил в социалистические идеалы и беззаветно служил им. Советский период меня выучил, воспитал и дал мне всё, в том числе возможность пройти путь от лаборанта до одного из руководителей республики.

Но мы не могли быть полностью довольными результатами труда, всё ухудшающимся уровнем жизни по сравнению с капиталистическим миром, с теми же побеждёнными странами. И я оказался в числе тех, кто активно поддерживал переход к рыночной экономике. Более того, ещё в самом начале 1988 года на сессии Верховного Совета республики я выступил с программой такого перехода. Признаюсь, мы не вносили предложение перейти к рынку за 500 дней. Напротив, подходили, на мой взгляд, более прагматично, выбирая взвешенные принципы и методы.

Буду откровенен. Всегда во мне превалировал экономист, практик. Этим я занимался с большим желанием, здесь я был более компетентен. Тут уж ничего не поделаешь. Даже через политику старался увидеть и решить конкретные экономические задачи.

Мне посчастливилось. В республике я был многие годы в руководящей элите, которая вела созидательную работу».

Привожу столь обширный фрагмент из его интервью потому, что здесь он достаточно полно раскрывает своё отношение ко времени, в котором довелось ему жить и работать, и к поручаемому делу. Могу лишь добавить, что его действительно самоотверженный труд, честное и профессиональное исполнение возлагаемых на него обязанностей отмечены многими почётными званиями. Среди них — лауреат Государственной премии Киргизской ССР в области науки и техники, заслуженный работник промышленности республики, академик Международной академии, Инженерной академии Кыргызстана, Российской академии естественных наук, Российской академии педагогических и социальных наук, почётный член Ост-Академии гор. Брухзал ФРГ, почётный член Кыргызского педагогического университета им. И. Арабаева. Он был награждён орденами и медалями СССР, ряда зарубежных стран, однако более всего дорожил отечественным орденом Манаса 1-й степени.

Горжусь, что продолжительное время мы работали в одной упряжке и дружили с этим необыкновенным человеком и гражданином семьями. Лично для нас с Марипой проявилась во всём объёме его человеческая сущность в период обострения её болезни. Когда я привёз Марипу в Москву, Апас Джумагулович и его супруга Айгуль Дуйшеналиевна жили в Белокаменной. В ту пору он возглавлял совет директоров корпорации «Азия цемент» и руководил проектом по строительству цементного завода в Пензенской области.

Уж не знаю, каким образом ему стало известно о нашей беде. Сам я об этом не говорил. Но в один из дней они приехали в больницу с букетом цветов проведать Марипу. После этого они стали регулярно навещать её. Всякий раз приезжали на «Мерседесе», которым управлял сам Джумагулов. А на наши с Марипой сетования по этому поводу и разговоры о водителе он отшучивался, говоря, что водить автомобиль в Москве намного комфортнее, чем в Бишкеке, и что за рулём он отдыхает.

Нужно ли говорить, как поддерживали и воодушевляли Марипу такие знаки внимания четы Джумагуловых. Особенно это было заметно после сеансов терапии. Убеждён, что именно такие вот знаки внимания со стороны наших друзей способствовали тому, что у Марипы произошёл всплеск мобилизации внутренних резервов, и это продлило на некоторое время её жизнь.

Айгуль Дуйшеналиевна была второй женой Апаса Джумагуловича. Знали они друг друга давно. В молодые годы она работала инструктором ЦК партии. После того как в центре Фрунзе вырос великолепный по тем временам, самый крупный в республике ЦУМ «Ай-Чурек», руководила его коллективом. Позже была назначена заместителем министра промышленности и внешней торговли республики.

Могу сказать одно. Этим людям очень повезло, что они повстречали друг друга и соединили свои судьбы.

Накен КАСИЕВ,

доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач Кыргызской Республики.






Добавить комментарий